Зеленые холмы Австрии

Поездка по приглашению завода Swarowski Optic и журнала "Сафари", совмещение приятного с полезным

 

Эпиграф: «…предмет становится более понятен, когда интерес процесса начинает главенствовать над примитивом добычи.»

Alex Varlam (фрагмент переписки на форуме Huntclub.ru)

                Зеленые холмы Австрии. 

                Часть 1, Жизнеутверждающая.

              «Вадим Кимович, с Вами хочет поговорить Хохлов Александр Николаевич», - мелодичный, как ручеек, голос секретаря, ввергает в состояние «дежавю». Совсем недавно с таких же слов началась моя поездка в Швецию на завод Norma. На этот раз ситуация с графиком командировок и переговоров на работе просто патовая, но и тема предложения от редакции журнала «Сафари» уж очень заманчива: посещение завода Swarovski Optic с потенциально возможной охотой на серну. Серны у меня на стене пока не висит, и бешеный водоворот уплотнения графиков взрывает и без того плотный будничный процесс. Меняем планы отпусков у сотрудников, сокращаем продолжительность деловых поездок, меняем билеты, и в итоге 2,5 суток удается наскрести, ура!

              На этот раз мы летим непосредственно с самим Николаичем, как он сам предложил себя называть при знакомстве. Гостеприимный пунктуальный Мюнхен встречает острыми, как стрелы, черточками дождевых капель на иллюминаторах при посадке. Пока проходим рележку, дождь усиливается до проливного. Хорошо, что Николаич заблаговременно забронировал нам прокатный автомобиль с навигацией, и что между многочисленными парковками в этом аэропорту можно пройти по крытым переходам. Дождь льет и всю дорогу, пока мы едем на юг, в сторону Иннсбрука на самой границе Германии и Австрии. В прокатном автомобиле оказался навигационный диск только с территорией Германии, а не всего Евросоюза, к тому же инструментарий управления навигацией настолько спартанский, да еще и на вражеском языке, что после непродолжительной борьбы пришлось сдаться и всю дорогу пользоваться навигацией при помощи удачно захваченного с собой iPad с заблаговременно закачанными картами. Вот уже равнина за окнами арендованного фольксвагена сменилась альпийскими горами, а потоки дождевой воды и не собираются ослабевать. «Эх, как бы не сорвалась завтрашняя охота», - беспокоится Николаич. Американский «яблочный» продукт приводит нас в маленький приграничный австрийский городок Шарниц, настолько маленький, что не все улицы доступны в поиске компьютера, и поэтому к маленькому охотничьему отельчику мы подъезжаем, испрося дорогу на единственной АЗС в этом насленном пункте. Нас заждались, руководят отелем суховатая седая фрау и добродушный бюргер, подтягивающийся к барной стойке для обслуживания немногочисленных постояльцев пару раз за вечер. Короткое совещание по предстоящему завтрашнему дню с представителем принимающей стороны от завода – Томасом, который уверен, что к утру дождь прекратиться и густой туман рассеется, и отход ко сну.

              Утром, действительно, - куда что девалось?, - уже подсыхает асфальт у отеля, а клочья тумана вперемешку с облаками, растаскиваемыми робким утренним ветерком и пытающимся пробиться солнышком. Нас берет в свой пикап местный охотник Йорген, весьма колоритный и довольно общительный на своей смеси немецкого и английского. Но между охотниками – все понятно, наш язык интернационален. К сожалению, вторую лицензию, чтобы смогли отстреляться оба гостя из Москвы, получить не удалось, и нам доступен только один самец серны, причем из трех видов лицензий, разнящихся по возрасту добычи, которые здесь выдаются, наша предусматривает отстрел только самой великовозрастной особи. Осталось решить, кому доведется стрелять. С одной стороны, мне, вообще не являющемуся сотрудником редакции, не удобно лезть поперек главного редактора, а с другой, у него уже есть добытые серны, а у меня - нет… Сговорились на том, что будем действовать по обстоятельствам, но уж если один из нас промажет или облажается иным образом, то винтовка однозначно достается другому из нас. Николаич удачно сделал пробную пристрелку в карьере у деревни, за что мы немедленно были громогласно охаяны пожилой местной селянкой, явно орущей из ближайшего окна за кустами, дескать: «какого х. не даете спать в 6 утра?!!» (думаю, нечто подобное означало ее негодование по-немецки). Поэтому, дабы не травмировать психику местных жителей, меня пристреливать не решились, решив, что с винтовкой и так все в порядке. Наше оружие – Mannlicher в калибре 270 Win с прицелом (каким бы Вы думали?), конечно, Swarovski Z6 2,5-15x44. Кроме него, нам для полевого тестирования любезно предложены: самый компактный из «всамделишних» биноклей, рекомендованный для африканских охот, и совершенно новый прибор, продвигаемый производителем – бинокль с дальномером EL RANGE. Последний заслуживает совершенно отдельного обсуждения, что, надеюсь, будет сделано во второй части, но сразу можно сказать, что функция одновременной индикации как фактического расстояния до цели, так и расчетной дистанции стрельбы с учетом угла цели, ставит этот продукт разработки инженерного коллектива выше целого ряда подобных изделий их конкурентов. И, забегая вперед, скажу, что уже на этой охоте данная функция оказалась более чем востребована.

              Итак, полностью рассвело, когда мы припарковали охотничью мазду на небольшой площадке, являющейся расширением серпантинной грунтовки на склоне. У каждого в руках по крепкой палке с прочным заостренным железным наконечником на конце. Хотя высоты здесь далеко не памирские (высота макушек гор от силы 2-2,5 тыс. м от уровня моря) и на том уровне, на котором мы их обследовали на предмет наличествующей фауны, сплошь покрытые зеленой растительностью, такие палки далеко не лишни в экипировке. Трава еще мокрая от ночного дождя и росы, и противоположные склоны пока не просматриваются из-за остатков тумана, но проводник уверенно ведет нас вперед так, что невольно закрадывается мысль о «привязанном козленке». Но, тем не менее, день начался с двух неудач. Сначала мы ошиблись с направлением ветра, чем было объяснено отсутствие серн на горной лужайке, к которой мы подкрались и позже обследовали со всех сторон. Потом, подойдя к другой полянке в другом ущелье, мы битый час высматривали дичь и небольшой вышки (на всех без исключения горных лужайках построены такие легкие вышечки, где притомившийся охотник может посидеть и покараулить кормящуюся жертву), но кроме оглушительного звона коровьих колокольчиков пасущегося на ближайшем склоне стада не вняли ни единого признака приближения объекта нашей охоты. Я уже готов был предаться пораженческим настроениям, так и не увидев ни разу серну в живой природе, но тут мы заехали в третье место, обогнав по пути несколько групп пеших и вело- туристов, и припарковавшись неподалеку от некоего деревянного домика, притулившегося на самом краю обрыва. И что Вы думаете: на краю обрыва, почти у самого домика, на нас глядел очень приличный самец искомого возраста, на расстоянии чуть более 100 метров! Разумеется, он не стал испытывать судьбу, и пока мы пытались судорожно совершить передислокацию с выставлением стрелка в передовую позицию, благополучно ретировался. Следующей попыткой явилось наше перемещение на противоположный берег горной речки, напротив того места, где сачканул самец серны, и долгое биноклевание крутого обрыва, являющегося одновременно и берегом. Тут, как тут, оказалась и одна из многочисленных вышечек, правда, смонтированная в этот раз непосредственно на земле, на самом обрыве. Вот тут уж можно было вволю предаться тестированию знаменитой оптики! Биноклем можно было биноклевать, дальномером – мерить с различными углами наклона от горизонтальной плоскости, прицелом – прицеливаться, и при желании проверять, как отключается при поворачивании на бок или в вертикальное положение винтовки подсветка прицельной марки, дабы сберечь батарейку у забывчивого охотника. От четкости изображения у всей техники можно только получать эстетическое наслаждение. И вот, давно уже отдышавшись и предаваясь этому занятию, сидя на лавочке, мы (а точнее, Николаич) замечает лежащую в скальнике серну. Мы смотрим на серну, серна смотрит на нас. Дальномер услужливо проинформировал о 232 м до цели в случае стрельбы под данным углом, немного сверху вниз.

              Мне вспоминаются Шерлок Холмс с доктором Ватсоном, упражняющиеся в наблюдательности при описании прохожих из окна. Так и мы, все втроем, поочередно отмечали, что это во-первых, самец, а во-вторых, старый самец. В итоге мы пришли к выводу, что это самец, пригодный к отстрелу по имеющейся лицензии. Но тот ли это точно самец, удравший от нас на противоположном берегу реки, или другой, совершенно неповинный в огорчении страждущих крови пришельцев, - тут мы к единому мнению так и не пришли. Потому, что самец, до этого безропотно сносивший нашу вальяжность при ведении дискуссии, решил, что хватит лежать, и пора немного подкрепиться. Он просто встал о пошел в тень ближайшего куста, где пробивалась из скалы чахлая травка, не дожидаясь окончания наших с Николаичем взаимных джентльменских предложений уступить право выстрела, если вообще отстрел будет производиться. К счастью, обратив вовремя внимание на изменение в поведении объекта наших остроумных наблюдений, Николаич немедленно передал мне у руки карабин, а я немедленно прицелился, едва только разглядев очертания животного, стоящего теперь уже под кустом. Со слов Йоргена, карабин пристрелян им на 200 м. Поэтому я, с учетом показаний дальномера, беру чуть выше того места, где проходил бы позвоночник в основании шеи косули (которых я настрелял достаточно) и чуть левее, с учетом легкого ветерка, дующего вдоль русла и холодящего мою левую щеку в этот момент. Сидя, да еще с упора, стрелять – одно удовольствие, не говоря уже про хорошую оптику. Не успокоилось еще горное эхо от выстрела, а сраженный на месте красавец уже катился вниз по склону. Поздравления, фотографирование места нашей огневой позиции, перемещение обратно на противоположный берег, - явились прелюдией к долгому спуску по почти отвесному склону за нашей добычей. Попадание оказалось точно по намеченному месту (основание шеи – мое любимое). После финального фотографирования добычу выпотрошили, чтобы не тащить по отвесной скале вверх лишнее. С трудом удалось убедить Йоргена взять с собой печенку, с его слов у столь старых особей австрийцы ее не едят.

              В отель мы добрались рано, и в ожидании Томаса, спешащего к нам с фабрики, расположенной в другом городке неподалеку, и наскоро приняв душ, мы наблюдаем, как здесь же, на лужайке во дворике отеля, Йорген подвешивает и поливает холодной водой мою добычу, готовясь к свежеванию. Он выражает сомнение в качестве кейпа, который я намереваюсь заказать, поскольку зверь очень сильно линяет, это мы заметили еще при фотографировании. Да и поднявшееся солнце уже шпарит не на шутку. Кстати, по законам этой страны, все трофеи, добытые в течение года, должны участвовать в охотничьей выставке на будущий год, лишь после чего трофей может быть продан или вывезен иностранным охотником. На мой взгляд, очень разумное правило, препятствующее браконьерству и незаконной торговле охотничьими трофеями. Ну, вот и Томас, мы едем на приятный обед в местном ресторане, и на импровизированную обзорную экскурсию по городу. Томас здесь родился и любит родной край, а также с детства увлечен охотой, как и все приличные люди. В числе прочего, мы посещаем музей при втором предприятии семейного концерна Swarovski: Swarovski Kristallwelten, пропускающего десятки тысяч человек туристов со всего мира ежедневно и представляющего собой отдельный источник дохода. Завтра нас ждет завод по производству оптических приборов, и об этом будет наша вторая часть. Ну, а пока, господа охотники, - ни пуха, ни пера, охоты продолжаются!

 

              Часть 2, Оптимистическая.

              Утро в горах после удачной охоты, не отягощенное последствиями вчерашних чрезмерных возлияний (какие иногда случаются в более тривиальных поездках) приняло меня в свои объятия вполне отдохнувшим и наполненным оптимизмом. Все складывалось хорошо. Легкий австрийский завтрак методом все того же самообслуживания, прощание с хозяевами, и вот уже Фольксваген везет нас с Николаичем по автобану, связывающему Шарниц и, тоже по сути малюсенький, городок Абсам, наиболее значимым предприятием которого и является завод по производству оптики Swarovski. От Инсбрука процессию возглавляет уже Томас на своем автомобиле. Бесплатная парковка у проходной, и вот мы уже внутри «святая святых» с повешенными на грудь гостевыми бейджикиами. Открытость примерно такая же, как была на заводе Norma, не разрешают фотографировать только отдельные этапы производственного процесса и некоторые уникальные агрегаты для обработки стеклянных линз, в сочетании с другими предметами, по которым можно рассчитать масштаб и истинные размеры. Кроме того, в одном из цехов, где ведутся работы над отладкой прецизионных составляющих, просили отключить вспышки фотоаппаратов, на которые может среагировать защитная система автоматики, способная вырубить весь цех на несколько часов.

              Томас и его коллега, сопровождающий нас какое-то время, пока он сам отлучался по служебным делам, словоохотливы, мы погружены в историю концерна и особенности технологических процессов, в ходе которых из закупаемых у SCHOTT (оказывается, в мире существует всего 2-3 приличных фирмы, специализирующихся только на выплавке оптического стекла с заданными параметрами, и ни на чем другом) заготовок и алюминиевых болванок рождается великолепная оптика Swarovski. Оказывается, семейный концерн Сваровски включает в себя 2 независимых предприятия. Наиболее известное в среде обывателей Swarovski Kristallwelten занимается производством всемирно известной бижутерии из стекла. Наше же, наиболее близкое для охотников, Swarovski Optic, выпускает телескопы, бинокли, дальномеры, приборы ночного видения, оптические прицелы, оптические инструменты для медицинской техники и прецизионные элементы для промышленного оборудования. Основанное в 1949 году, сегодня оно имеет 100-миллионный оборот (причем 90% продукции уходит на экспорт), 100% дочерние предприятия Kahles, Swarovski Optik Italy и подразделение в Северной Америке «SONA». Многое изменилось с тех пор, как Вильгельм Сваровски, заядлый астроном-любитель, более 60 лет назад задумал собрать собственный усовершенствованный бинокль, чтобы «приблизить звезды». Сегодня только на головном предприятии работает около 700 сотрудников. Причем, бросился в глаза большущий стенд в фойе, где приклеены фотокарточки размером «на пропуск» всех сотрудников завода, устроившихся туда на работу, по годам трудоустройства. Каждый работник может найти там себя, а для стороннего наблюдателя – инициатива достойна уважения. Всплеск трудоустройства, соответствующий строке 2007 года, очевидно, свидетельствует о существенном расширении производства. Насколько удалось понять за время беглого посещения, ограниченного рамками одного дня, как при выборе направлений для выпуска перспективной продукции, так и при оттачивании производственного процесса, производитель ориентируется на инновациях, качестве и долговечности продукции, функциональном и эстетическом дизайне. Это не просто слова: эргономика любого изделия не вызывает иного чувства, кроме желания немедленно взять его в руки и попробовать в деле. Здесь и работа инженеров (конструкторское бюро, в котором трудится 12 человек, нам, кстати, так и не показали), и подбор современных материалов, и попытка мыслить за конечного пользователя, вплоть до мелочей. Все законченные оптические приборы полностью герметичны и азотонаполнены, легкие тонкостенные алюминиевые корпуса вытачиваются из цельных болванок на станках с ЦПУ и покрываются современными материалами, препятствующими смачиванию, скольжению и делающими изделие приятным на ощупь. В стеклянных элементах последних моделей применяется суперсовременное многослойное покрытие Swarovision, существенно улучшающее четкость в сумеречное время и сложных погодных условиях и равного которому пока нет у конкурентов. Мне не заплатили за рекламную статью, просто все это я там действительно видел! Уже в Москве удалось пообщаться с экспертами и просто знающими людьми в этой теме, сравнить образцы разных производителей, за что отдельное спасибо Анатолию в оружейном салоне «Арсенал». Особенно радует то, что все руководство Swarovski и большинство сотрудников сами являются охотниками и любителями природы. На предприятии обеспечено безотходное производство. Вся алюминиевая стружка, изымаемая из литых болванок, из которых вытачиваются корпуса прицелов и биноклей, тщательно собирается, прессуется в брикеты и отправляется на повторную переплавку. Есть собственный учебный комбинат, где готовят специалистов в нужных областях, свой детский сад внутри завода, и вообще создается впечатление о некоем почти семейном конгломерате. Однако, что-то я углубился в лирику, а хочется рассказать о главном. Среди прочей продукции невольно обращает на себя внимание несколько реальных новшеств, не донести информацию о которых считал бы для себя хамством по отношению к коллегам-охотникам.

              Видимо, фамильной чертой в семье Сваровских всегда была любовь к звездам. Во всяком случае, тема не просто всеобъемлющей любви к Природе и к Охоте, как неотъемлемой ее части, но и в созерцательно-фотографической ее составляющей, неизменно присутствует в ассортименте разработок. На наш с Вами суд предлагается новая модульная система телескопов, позволяющая легко собрать себе прибор с теми параметрами и претензиями, какой жаждет Ваше всевидящее око и готов одолеть Ваш кошелек. Великолепная эргономика (которая вообще, похоже, приобретает черты этакого «конька» в технических лабораториях некоронованного австрийского оптического короля) в сочетании с просветленной оптикой идеального качества и ощущением того, что здесь заранее предугадали то, о чем Вы подумали только сейчас, оставляют только позитив. Я даже пожалел, что у меня уже есть почти новая труба другого производителя. Придуманы и универсальные крепления для фотоаппарата, и даже штативы собственного производства тоже предлагаются. Невольно вспоминается анекдот про ретивого продавца, окучивающего незадачливого покупателя, пришедшего в магазин за предметами гигиены для жены, покупкой полного комплекта снаряжения для рыбалки, включая катер и джип для его транспортировки к водоему. Но только здесь все это в хорошем смысле! В такой телескоп, или, если угодно, трубу, можно разглядывать баранов или козерогов на противоположном склоне, размышляя при этом об их трофейных качествах, или просто потрудиться натуралистом, фотографируя прекрасное. Да и на стрельбище разглядывать дырки в мишенях – одно удовольствие.

              Вроде бы совсем недавно ошеломляющим успехом Сваровски на рынке оптических прицелов явилось появление серии «Z6», в которых они умудрились обойти всех без исключения конкурентов в сочетании ранее несочетаемых пределов изменения кратности увеличения. Виданное ли дело, чтобы прицел для стрельбы навскидку с нижней кратностью ровно «1х1», мог использоваться и для стрельбы вдаль как полноценный универсальный прицел с кратностью х6!? Заметьте: рекорд не побит и по сей день! Но разработчик не остановился на месте и уже модифицировал серию, учтя замеченные недочеты. Среди них высказывалась некая хлибкость великолепного во всех остальных отношениях переключателя подсветки марки. На новом поколении этот узел стал более компактным и обтекаемым, меньше шансов его чем-либо зацепить и отломать. Память регулировок ночного и дневного режимов яркости подсветки по-прежнему очень удобна, орган управления не приходится искать, его можно включать и выключать вслепую. Кроме того, очень приятна и следующая мелочь. Как намучался в свое время с элементами питания для «люпольда», у которого подсветка постоянно включалась при ходьбе от трения об одежду, и в результате оказывалась неработоспособна в нужный момент! Сваровски же и тут подумал о нас. Как только карабин с прицелом принимает вертикальное положение (берется «на ремень» или ставится в «пирамиду» на охотничьей базе), либо кладется на бок (при ожидании подхода зверя на засидке многие кладут его на колени), вне зависимости от положения включателя подсветки, она отключается и не разряжает батарейку! Благодаря этому несложному решению, даже ленивому или склеротическому охотнику не приходится возить с собой 2-3 запасных комплекта питания.

              Я терпеть не могу прицелов с тактическими баранчиками для частого внесения поправок при стрельбе. Как-то намучался еще в далекой молодости с подобными, барабанчики постоянно сбивались от трения об одежду при ходьбе на охоте, и в результате возникало удивление в верности ведения огня. Да и не вижу особого смысла, для меня гораздо проще «по Малинину и Буренину» увеличить «на глазок» превышение точки прицеливания непосредственно при помощи прицельной марки, чем запоминать нужное число кликов барабанчика, на которое потом придется его откатить для возвращения в исходное состояние или стрельбы на новую дистанцию. Хотя, конечно, это дело индивидуальное, многие мои знакомые горные охотники или увлекающиеся варминтом успешно пользуются тактическими барабанчиками при стрельбе на большие дистанции. Однако, мое мнение, хотя, признаюсь, оно абсолютно субъективное, - оно мое, и я его здесь и высказываю. Поэтому, когда Томас начал показывать и рассказывать про новые баллистические барабанчики, устанавливаемые на некоторые модели новых прицелов, я невольно машинально поморщился, и, думаю, он прочел в выражении моего лица все, что я думаю и о «барабанчиках», и о нем лично, и о концерне Сваровски в целом. Томас улыбнулся своей самой лучшей улыбкой менеджера и нарисовал на настенном презентационном планшете улыбающуюся корову, как бы видимую через оптический прицел. Все поржали, это сняло напряженность и дало мне сил дослушать его рассказ о техническом устройстве до конца. Дело кончилось тем, что я заказал у него новый прицел с такими барабанчиками, про которые он рассказывал. В чем суть? Суть – в решении проблем, над которыми заранее подумали за нас инженеры предприятия. Проблем у тактических барабанчиков при пользовании ими такими дилетантами от охоты, к каким отношу себя я, - две. Это, во-первых, надежная фиксация барабанчика на протяжении всего времени, пока дело не дошло до непосредственного внесения поправок, а во-вторых, наглядность и отсутствие желания и возможности запоминать различные положения и число кликов во всевозможных ситуациях. Нормальный человек, который не живет в лесу или горах, а лишь приезжает туда иногда поохотиться в качестве любителя, с головой, напрочь забитой номерами телефонов, автомобилей, офисов, часов и минут встреч, просто не в состоянии вспомнить свои баллистические данные не то, что через год, но и через неделю после предыдущей охоты. Если для Вас это не так, то Вы – счастливчик! Это еще мы едва не забыли про модную нынче тему, обусловленную сверхбдительным законодательством, ограничивающим число владения до 5 нарезных карабинов, что повлекло лавинообразный спрос на оружие со сменными стволами, умещающимися в одну лицензию. Хорошо тому, кто может себе позволить по 1-2 прицела на каждый сменный ствол (хотя это вообще-то правильно!), но случается и иначе, когда жаба у нас в груди побеждает, и приходится до поры до времени подстраивать один и тот же прицел под разные стволы (не забывая еще и про различные дистанции), и зашивая всякий раз за подкладку замусоленную записку о предыдущих положениях барабанчиков. «Наше кредо - постоянно совершенствовать даже то, что уже и так хорошо», - звучит в рекламном лозунге Сваровски, и в этом они не врут. Новые барабанчики устранили все проблемы. Однажды настроенные в тире (их собственная баллистическая программа на сайте позволяет это сделать и сидя дома в кресле, но я бы все же не поленился после этого съездить на стрельбище и проверить), они позволяют заранее зафиксировать до 4 различных вертикальных поправок и пользоваться ими на охоте, будь то стрельба на 4 различные дистанции, какие Вы сочтете наиболее типичными для Вас, и/или стрельба из одного из 4 сменных стволов Вашего карабина, если Вы пользуетесь при этом одним и тем же прицелом, без перепристрелки всякий раз. Совсем «для идиотов» каждое кольцо поправок снабжено яркой цветной меткой, что бы не перепутать, и в комплекте дается клеящаяся на приклад табличка с точками соответствующего цвета, куда Вы при пристрелке запишете значение каждой метки. Весь барабанчик четко и однозначно фиксируется в текущем положении поворотом на ¼ оборота удобного стопора. Все! Ни каких цифирек, ни какой головной боли! Ни чего не цепляется, ни чего запоминать не надо. Удобно? Не то слово!

              Представлена была также и обновленная линейка биноклей. Среди них, как обычно, и приборы большой кратности, для горных охот, и с большими объективами, для охот в сумеречное время, и почти игрушечные, складные, размером с театральные, которым тоже попытались придать свойства, близкие к «всамделишним», чтобы можно было использовать в качестве резервного. Разумеется, во всех больших моделях применяется просветляющая технология Swarovision, облегчающая нашу с Вами нелегкую жизнь и дающая пару десятков минут форы в условиях сгущающихся сумерек. Но есть и еще одна интересная серия компактных, но при этом полноценных биноклей EL 32 Swarovision, тоже оснащенных этой технологией. Серия включает всего 2 модели, различающиеся по кратности х8 и х10, и позиционируется как специально предназначенная для подвижной охоты в горах и жарких условиях Африки, т.е. там, где приходится рассчитывать каждый грамм носимой на себе амуниции, но, тем не менее, качество видимости объекта охоты играет наиважнейшую роль. Как человек, не единожды охотившийся на африканском континенте, я посмею предположить, что такое устройство там было бы желанным даже для профессионального охотника. Да, объективы у этого изделия не велики, чувствуется, что вес экономился на всем, но и не охотятся там по ночам, а днем света более чем достаточно, но зато четкость картинки дает возможность с высокой уверенностью идентифицировать пол и трофейные качества животного на предельных дистанциях.

              Но, конечно, Вы понимаете, что самую «изюминку я оставил под конец статьи, «на сладкое». И такой изюминкой среди последних моделей техники Swarovski, несомненно, является бинокль со встроенным дальномером «EL RANGE». Сама по себе идея комбайна – не нова. Пионером в выпуске изделия такого назначения выступила несколько лет назад Leica с моделью Geovid. Ее тут же догнал именитый Zeiss моделью Victory RF (я сейчас рассматриваю только полноценные бинокулярные системы, понятно, что одноглазых лазерных дальномеров и ассортимент шире, и производителей, позарившихся на столь востребованный сегмент рынка, куда больше). По похожему с Цейсом пути пошлел и американский Bushnell, погнались и другие с тем или иным успехом. Тот, кто любит охотиться в горах, легко поймет разницу в весе двух необходимых изделий (бинокль и дальномер) и одного, которые приходится тащить на своем горбу! Но по большому счету, в итоге имеем всего 3 серьезных производителя и фунт прованского масла, больше смелых или владеющих подобными технологиями разработчиков нет. Для чистоты эксперимента я взял в Москве свежепривезенный из Австрии El Range, выклянчил у брата подаренный ему в свое время Geovid и повертел в руках любезно предоставленный московским «Арсеналом» Victory RF. Ну что можно сказать… Все 3 прибора выглядят и работают отлично, у всех защита от воды и антизапотевающее покрытие на линзах. Это и не удивительно: все названные производители являются ведущими в своей области. Но по порядку. «Лейка», как и всякий первопроходец, спешила застолбить рынок, и это ей удалось. Есть нарекания на долговечность используемого элемента питания, но в остальном – есть бинокль и есть дальномер, обладатель счастлив. «Цейс» пошел дальше: он решил еще больше облегчить жизнь охотникам, запихнув в компьютер своего прибора еще и баллистическую программу, которая, при условии, что стрелок заблаговременно заполнит ее параметрами своих боеприпасов, призвана выдавать «на гора» полные данные для стрельбы. При нажатии на кнопку измерения дистанции, высвечивается сначала расстояние, а потом и высота падения пули на таком удалении цели. Все бы хорошо, но даже коллегиально не удалось сходу разобраться, как же все-таки запрограммировать систему, настроив ее на свои боеприпасы, а тем более на случай, если приходится пользоваться несколькими, например, с различным весом или конструкцией пуль, имеющих различный баллистический коэффициент. Да и использование одного из объективов в качестве оптического канала для лазерного дальномера привело к разнице в светопропускании для разных глаз в бинокле. В «Сваровском», уж не знаю, как они это сделали, удалось последней проблемы избежать. Да и не стали они морочить голову истощенному хронической нехваткой кислорода горному охотнику цифровыми выкладками, пусть и очень полезными. Они поступили проще: всю математику заложили внутрь прибора, который, используя собственный измеритель угла наклона к горизонту, думает и считает сам, а стрелку выдает одновременно 2 готовых параметра: истинное расстояние до цели и мнимую дистанцию, на которую необходимо стрелять, как если бы это происходило на равнине. Если знаешь, что твой карабин пристрелян на 200 м и прибор показал в нижней строке «200 м», просто наводишь на основание шеи барана или козерога и жмешь на спуск, и наплевать, что на самом деле до него было, к примеру, 230 м! На мой взгляд, это наилучшее логическое решение комбинированного прибора, действительно помогающее охотнику на деле. Есть и другое примочки, в виде автоматически саморегулирующейся в зависимости от освещенности (времени суток) яркости показаний и т.п. Опционально приобретаемый заплечный ремешок для ношения (взамен оттягивающему шею традиционному прямолинейному) и удобная тряпочная «закрывашка» окуляров взамен пластиковой, которую приходится всегда искать рукой, тоже полезны. Конечно, все это мелочи, хотя и, чего говорить, - приятные: о нас, охотниках, думают такие же охотники, а не бездумные коммерсанты или программисты… Ну, и «Сваровижн», наконец, посрамившее именитую цейссовскую просветленную оптику, - конечно же, тут как тут. Реально, прибор мне понравился.

              Ну, что сказать в итоге? Рад, что изменил некоторые собственные представления об истинном позиционировании европейских производителей оптики в их непрерывно конкурирующем ряду. Раньше Сваровски был для меня лишь одним среди многих, а теперь я бы поставил его по совокупности параметров впереди даже хваленого Цейса. Дочерняя фирма Калес, производящая неплохие прицелы (в т.ч. для армии, в отличии от головного «Сваровского»), конечно, не может во всем поспевать за «старшим братом», и пытается выживать, размещая производство биноклей и другой техники, для снижения их себестоимости, за пределами Австрии. Доктер и вовсе, как выяснилось при неформальном обсуждении, не может считаться конкурентом. Хотя, конечно, самая лучшая оптика, - та, которая уже установлена на оружие, либо введена в эксплуатацию и непрерывно используется в деле, а не та, которая, холеная и лелеянная, пылится дома в сейфе или шкафу. Посему – желаю Вашей оптике судьбы быть заношенной до дыр! Охотничий сезон продолжается, вперед, в пампасы, и традиционное «ни пуха, ни пера»!

Вадим Семашев, сентябрь 2012 года